Аферы Подделки КриминалКриминал Бандиты в белых воротничках Россия в "голде"

[Главная] [Вверх]





курительные смеси

 

Страна, которая нас потеряла

Вместо послесловия

Владимир АБАРИНОВ,  "Совершенно секретно", № 7 2003

Я, конечно, презираю отечество мое с головы до ног – но мне досадно, если иностранец разделяет со мною это чувство.

Пушкин. Письмо к Вяземскому от 27 мая 1826 года

Повсюду я слышу язык философии и повсюду вижу никуда не исчезнувший гнет. Мне говорят: «Нам бы очень хотелось обойтись без произвола, тогда мы были бы богаче и сильней; но ведь мы имеем дело с азиатскими народами». А про себя в то же время думают: «Нам бы очень хотелось избавить себя от разговоров про либерализм и филантропию, мы были бы счастливей и сильней; но ведь нам приходится общаться с европейскими правительствами».

Астольф де Кюстин. Россия в 1839 году

Такие книги, какую написал Дэвид Саттер, во времена «железного занавеса» изымали на советской таможне, а газеты в Москве называли их злобным пасквилем. Может, еще и назовут. Автор будто нарочно навлекает на себя гнев Кремля: в то время как вашингтонские советологи дружно поют осанну российско-американскому стратегическому партнерству и панегирики эти находят спрос по обе стороны океана, Саттер дал своему сочинению название, однозначно ассоциирующееся у англоязычного читателя со знаменитым антитоталитарным романом Артура Кёстлера «Слепящая тьма». По-английски роман Кёстлера называется Darkness At Noon – «Тьма в полдень», книга же Саттера – Darkness At Dawn, «Тьма на рассвете». Кёстлеровский полдень у нас, стало быть, впереди.

Книг о современной России на Западе написано уже немало, но такой еще не было. Дэвид Саттер написал историю российских реформ. Опять-таки и это вроде не новость. Мало ли в Европе и Америке издано опусов, авторы которых повествуют о тернистом пути российских реформаторов, об испытаниях, выпавших на их долю, об ожесточенном сопротивлении советской номенклатуры, о непоследовательности высшего политического руководства страны, вынужденного отступать под натиском антиреформаторских сил... Завершаются такие повествования, в зависимости от политических воззрений автора, либо выводом, что реформаторы в России потерпели жестокое поражение, либо – в последнее время особенно часто – что Россия после ряда лет блужданий в потемках все же выбирается на столбовую дорогу цивизизации, благо новый мессия у нее уже есть.

Созданию мифа о своем гражданском подвиге немало способствовали сами молодые реформаторы. Егор Гайдар не раз говорил, что первое посткоммунистическое правительство обречено на заклание. Члены его кабинета настойчиво предупреждали публику в России и на Западе об угрозе «номенклатурного реванша» и ввели в оборот кличку «красно-коричневые». Но Вандеи не случилось. Советская номенклатура – «красные директора» – преотлично адаптировались к новым условиям и получили свою долю пирога. Да ведь и нынешние олигархи – сплошь бывшая комсомольская номенклатура. Дележ собственности, учиненный реформаторами, и сопровождавший ее разгул коррупции можно сравнить лишь с событиями во Франции времен Директории, когда новые хозяева страны, вчерашние адепты равенства и братства, в мгновение ока становились обладателями баснословных состояний.

Книга Саттера наполнена частными сюжетами из жизни граждан страны, которую взялись осчастливить реформаторы. Записывая их рассказы, он скрупулезно фиксирует даты, названия учреждений, фамилии чиновников, цитирует казенные бумаги. Вот хотя бы история злоключений Галины Андреевой, дочь которой Светлана 13 июля 1998 года разрешилась от бремени в московском роддоме номер десять, но младенца так и не увидела. Ей сказали, что ребенок умер, однако ни протокола вскрытия, ни свидетельства о смерти, ни трупа не показали и на руки не выдали. Галина бросила все и начала поиски внука, живого или мертвого. Как раз тогда в российских городах ходили слухи о похищениях новорожденных младенцев, и Галина питала надежду, что раз уж Зюзинская районная прокуратура не может найти ребенка, он, возможно, еще жив. В глубине души она догадывалась, что никакая прокуратура его и не ищет, но боялась признаться себе в этом и решила исчерпать все возможности до конца. Спустя месяц она, наконец, вышла на след пропавшего младенца. Набрав номер крематория Николоархангельского кладбища, Галина узнала, что тело ее внука кремировано минуту назад. Когда она попросила выдать ей прах, директор заведения сказал, что «от детей ничего не остается, только дым».

Признаемся самим себе: нам этот случай вовсе не представляется выходящим из ряда вон. Беспощадный переходный период, когда мы не жили, а выживали, очерствил и ожесточил наши сердца. Из множества подобных мелких сюжетов складывается панорама, свидетельствующая о непомерной цене реформ в стране, которая всему миру проела плешь своей «духовностью», в стране, на языке которой сказаны великие слова, что не стоит высшая гармония слезинки хотя бы одного замученного ребенка.

Мы уже почти все забыли, а может, постарались забыть, потому что обидно же помнить, сколько раз нас за эти годы ободрали как липку. По прочтении книги Саттера до половины я стал вспоминать, сколько раз меня лично дочиста ограбило российское государство или частный работодатель при полном одобрении и всемерном содействии государства. Получилось четыре раза – начиная с павловского обмена денег. Когда я назвал эту цифру Саттеру, он невесело усмехнулся: «Что-то маловато... Вам повезло». Повезло мне главным образом потому, что я ни разу не соблазнился стремительным ростом благосостояния Лени Голубкова или бравого вояки с голубыми глазами жизнерадостного идиота, любителя краснодарского чая из фонда «Хопер-инвест» (ну как, вспомнили?). Мне было совершенно очевидно, что дивидендов в полторы тысячи процентов не бывает абсолютно ни в какой отрасли экономики. И я уже знал к тому времени, что такое «схема Понци», названная так по имени американского мошенника Чарльза Понци, построившего в 20-е годы первую в мире финансовую пирамиду, не производя ровным счетом никакого продукта и не оказывая никаких услуг. Впрочем, в стране Чичикова не нужно ссылаться на иностранный опыт – «Мертвые души» проходят в восьмом классе средней школы (во всяком случае, проходили, когда я был школьником).

Тем не менее миллионы соотечественников Павла Ивановича, не внимая голосу разума, решили, что хватит зарабатывать своим горбом, все равно все съедает эта заморская чума, как бишь ее, «гиперинфляция». И устремились вслед за голубковским недоверчивым деверем (а может, шурином – забыл), который сидел сиднем в майке и мрачно пил водку (видимо, рубашку уже пропил), упорно отказываясь взять деньги, валяющиеся буквально под ногами, но его запилила жена, и он в конце концов плюнул и отнес все свое достояние в ближайшее отделение МММ, под сень бабочкиных крыльев… А потом обманутые вкладчики грудью встали на защиту своего грабителя и выбрали его в Думу в бредовой надежде, что иммунитет от уголовного преследования поможет ему исполнить лживые посулы. Ну как, вспомнили? Так что же вы хотите от власти совести? Как сказал в свое время Альфред Кох, отвечая на вопрос британского корреспондента: «Что вы имеете в виду под честью? На чести далеко не уедешь». И шубы, добавим, из нее не сошьешь.

И эту дивную фразу напоминает Саттер, и гневную тираду нашего нынешнего президента, по мнению которого субмарину «Курск» потопили не бездарные адмиралы, а журналисты, «дискредитирующие» вооруженные силы. И ведь дошло до того, что в России многие и впрямь поверили: все зло от щелкоперов и бумагомарак, а без них куда спокойнее. Даже некоторые мои коллеги считают, что, помимо свободы слова, есть и более «важные» свободы и права – на труд, на образование, здравоохранение, на жизнь в конце концов. Но дело, видите ли, в том, что, отняв свободу слова, легко отнять и все прочие права: лишившись права говорить, вы не сможете сказать, что у вас их нет.

История российских реформ – это прежде всего история приватизации. В книге Саттера ей посвящены самые впечатляющие страницы. Про «прихватизацию» в России не говорил лишь ленивый. Но все-таки всегда казалось (и мне в том числе), что речь идет об ошибках, искривлениях, злоупотреблении светлой идеей. Вот это-то и есть самое главное, ради чего написана книга. Саттер показывает, что никаких роковых ошибок и искажения идеи не было: реформы прошли как по нотам, и сегодняшняя ситуация – их прямой результат. Необычайная для государственных мужей терпимость к преступности, доказывает Саттер, была необходимой составной частью реформ: ведь из марксистской политэкономии реформаторы знали, что первоначальный капитал приобретается криминальным путем.

Несмотря на настроение обреченности, с каким работало правительство Гайдара (уже у Черномырдина была полная уверенность в завтрашнем дне), несмотря на многократно повторяемый афоризм о революции, «пожирающей своих детей», реформаторы отнюдь не пали жертвой. Напротив – они прекрасно обустроили свою жизнь, не бедствуют, остаются в политике и часто приезжают в Америку в качестве добровольных культуртрегеров нынешней российской власти. С год назад в одном ученом собрании в Вашингтоне держал речь Анатолий Чубайс, которого Саттер называет «любимцем международных финансовых институтов». Критически отозвавшись об американской схеме приватизации электроэнергетики, которая как раз тогда привела к кризису энергоснабжения в Калифорнии, оратор заверил, что учтет этот негативный опыт при реструктуризации вверенного ему РАО «ЕЭС России» и американских ошибок не повторит. Говорил он, конечно, на чистом английском языке и лишь однажды попросил помощи у переводчика – забыл, как по-английски будет «гимн», а ему надо было обязательно сказать, что СПС – по-настоящему оппозиционная партия, она даже смеет не соглашаться с президентом, восстановившим сталинский гимн, но когда президент прав, она его, разумеется, поддерживает – например, по вопросу о налоговой реформе. Ни дать ни взять первый министр из сказки Шварца, который дерзает говорить королю: «Позвольте мне сказать вам прямо, грубо, по-стариковски: вы великий человек, государь!» И получает заслуженный ответ монарха: «Поди сюда, правдивый старик. Дай я тебя поцелую. И никогда не бойся говорить мне правду в глаза».

Как считает Саттер (и нет никаких оснований спорить с ним), приход на вершину власти Владимира Путина привел отнюдь не к разрушению сложившегося олигархическо-бюрократического режима, а к его укреплению: пострадали лишь пара олигархов, остальные упрочили свои позиции и не боятся теперь уже ничего. Вспоминается, как за ланчем в узком кругу вашингтонских экспертов по инвестициям один московский гость так увлекся рассказом о своих доверительных отношениях с главой правительства, что кто-то из слушателей не удержался и спросил: «Это что же, кружок друзей Гиммлера получается?» Кружком друзей Гиммлера в «третьем рейхе» называлась группа предпринимателей, приближенных к особе рейхсфюрера СС, который распределял самые выгодные казенные подряды – на строительство и оборудование «лагерей смерти».

У меня нет никакого сомнения в том, что социальный идеал нынешних хозяев России – общественное устройство, при котором рабочая скотинка упрятана в подземелье, дабы не оскорблять своим убогим видом красивый пейзаж. Нечто вроде того, о чем снял свой знаменитый футурологический фильм «Метрополис» Фриц Ланг. Ведь неприятно же, в самом деле: ты входишь в ювелирную лавку Tiffany, а у дверей оборванные детки просят Христа ради. Cобственно, Россия и так уже раскололась на две страны, только не по географической, а по социальной линии разлома. От приезжающих из Москвы слышишь, что российская столица стала «стильным» городом под стать любому европейскому. А вот, например, в Калифорнии в прошлом году насмерть отравились два детдомовских русских мальчика, которых усыновила американская семья: дети эти ели все подряд и не могли остановиться. Это был какой-то синдром голода, и в конце концов они наелись каких-то ядовитых плодов на улице.

Видно, неспроста Борис Ельцин, объявляя о своей отставке, просил у соотечественников прощения. Почудилось тогда, что президент просил прощения не только за свои, но и за будущие грехи преемника. И прослезился. Потом, правда, объяснил, что это просто соринка ему в глаз попала. Что ж, и мы библейскую притчу помним.



 


При любом использовании материалов сайта или их части в сети Интернет обязательна активная незакрытая для индексирования гиперссылка на www.aferizm.ru.
При воспроизведении материалов сайта в печатных изданиях обязательно указание на источник заимствования: Aferizm.ru.

Copyright © А. Захаров  2000-2017. Все права защищены. Последнее обновление: 06 ноября 2017 г.
Сайт в Сети с 21 июня 2000 года

SpyLOG Яндекс.Метрика   Openstat   HotLog