Аферы Подделки КриминалСекты

Главная ] Вверх ] 10 самых опасных сект в мире ] 6 самых опасных сект Москвы ] 5 лучших книг о сектах ] Ловцы душ ] Анастасийцы ] Ашрам Шамбола ] Белое братство ] Саентологи ] Сатанистские секты ] Свидетели Иеговы ] Община Виссариона ] Товарищества на вере ] "Берег надежды" ] Псевдоправославие ] Феномен сект в Украине ] [ Гайана огненная ] Архив раздела "Секты" ]






 

Гайана огненная

В США сектантов не преследуют. И сами они лояльны власти и обществу. Но несколько случаев столкновения американских культистов с государством в свое время потрясли весь мир

Владимир АБАРИНОВ. Специально для «Совершенно секретно». Совершенно секретно, № 09-2006

 

Тогда, если кто вам скажет:
вот, здесь Христос, или: вот, там, – не верьте.
Ибо восстанут лжехристы и лжепророки
и дадут знамения и чудеса,
чтобы прельстить, если возможно,
и избранных.
Мк., 13: 21-22

Дэвид Кореш и эпизоды вооруженного столкновения приверженцев секты «Ветвь Давидова» с властями.
эпизоды вооруженного столкновения приверженцев секты «Ветвь Давидова» с властями.
эпизоды вооруженного столкновения приверженцев секты «Ветвь Давидова» с властями.
эпизоды вооруженного столкновения приверженцев секты «Ветвь Давидова» с властями.
эпизоды вооруженного столкновения приверженцев секты «Ветвь Давидова» с властями.
Дэвид Кореш и эпизоды вооруженного столкновения приверженцев секты «Ветвь Давидова» с властями.
 

В этом году исполнилось тринадцать лет со дня вооруженного столкновения приверженцев секты «Ветвь Давидова» с властями в Техасе. Битва завершилась гибелью 82 сектантов и четырех федеральных агентов. По случаю годовщины шестеро выживших членов секты, осужденных на длительные тюремные сроки, вскоре будут отпущены на свободу.

28 февраля 1993 года спецподразделение Бюро по контролю за алкоголем, табачными изделиями и огнестрельным оружием Министерства финансов США прибыло на территорию усадьбы Маунт-Кармел близ города Вэйко, Техас. Здесь обосновались приверженцы культа Дэвида Кореша, известного под названием «Ветвь Давидова». У представителей властей на руках были ордера на обыск и арест Кореша, подозревавшегося в незаконном владении оружием и взрывчаткой. Едва они приблизились к дому, как подозрения полностью подтвердились: давидианцы открыли огонь на поражение.

Визитеры временно отступили и вызвали подкрепление. В тот же день руководство операцией перешло в ведение ФБР, направившего на место действия свою команду по спасению заложников. В Вашингтоне за развитием событий внимательно следил президент Клинтон, правовой надзор осуществляло Министерство юстиции.

Переговоры с обитателями дома результата не дали. Не помогло отключение электричества и водоснабжения: выяснилось, что осажденные располагают достаточными запасами воды, чтобы продержаться неопределенно долгое время. 14 апреля Кореш заявил, что не капитулирует, пока не закончит труд, содержащий толкование смысла семи печатей, о которых повествует Апокалипсис.

В этот момент на столе министра юстиции Джанет Рино уже лежал план штурма. Впоследствии она заявила, что решающим аргументом в пользу силовой акции были сведения о том, что сектанты истязают детей. 16 апреля Кореш сообщил, что закончил первую из семи глав своего манускрипта. 18 апреля, догадываясь о приближении развязки, он приказал выставить в окнах дома детей. Один из них, по словам очевидцев, держал в руках плакат с надписью «Геенна грядет». 19 апреля – то был уже 51-й день осады – федеральные силы пошли в атаку.

В боевых действиях участвовали 700 человек, танки, вертолеты и армейское спецподразделение «Дельта», созданное для операций против опасных террористов. События развивались по самому тяжелому сценарию. Убежище давидианцев загорелось и сгорело дотла. Пламя невиданной силы обратило в пепел 75 человек, среди которых было 24 ребенка. 9 сектантов успели сдаться.

Действия федеральных властей сразу же стали предметом основательных сомнений, а затем и разбирательства. В июле 1995 года состоялись открытые слушания в Конгрессе, в ходе которых Рино заявила конгрессменам, что решение о штурме было «самым тяжелым» в ее жизни, однако, окажись она снова перед тем же выбором, решение было бы таким же. Еще через год появился и был утвержден нижней палатой доклад, обвиняющий Рино в «серьезной халатности». Вместе с тем вину за гибель людей докладчики возложили на Кореша – по их версии, члены культа покончили самосожжением. Именно таков, утверждали они, истинный смысл фразы о геенне огненной.

Кто виноват?

В сентябре прошлого года в архивах ФБР нашлись оперативные видеозаписи, существование которых Бюро упорно отрицало. Из записанных на пленку радиопереговоров явствует, что штурмовики получили санкцию на применение газа CS и применили его, однако газ в бункер «не пошел», и командир приказал попробовать сделать это с другой точки. На этом запись обрывается. Эксперты расходятся во мнениях, могла ли канистра с газом стать причиной пожара. Тем не менее налицо попытка федеральных ведомств скрыть улики.

Для нового расследования с учетом появившихся свидетельств была назначена независимая комиссия во главе с бывшим сенатором Джоном Дэнфортом. Глава комиссии и 68 его сотрудников подошли к делу основательно. Они досконально изучили свидетельские показания, оружие федеральных агентов, наконец, провели токсикологическую экспертизу тканей и костей погибших, с тем чтобы установить, закачивался ли в бункер слезоточивый газ.

Параллельно уцелевшие давидианцы и родственники их погибших единоверцев вчинили судебный иск, в рамках которого в мае 2000 года на полигоне военной базы Форт-Худ в Техасе был проведен беспрецедентный следственный эксперимент. Его цель состояла в том, чтобы проверить, применялось ли в ходе штурма оружие. Представители ФБР утверждают, что не применялось. Бронетехника, по их словам, использовалась исключительно для пролома бетонных стен. Однако на видеозаписи ясно видны вспышки. По мнению адвокатов ответчиков, эти блики могли отбрасывать поверхность бассейна, металлические и стеклянные предметы, а выстрелы никаких вспышек в видеозаписи вообще не дают. Адвокаты истцов, в свою очередь, считают, что обстрел дома отрезал сектантам единственный путь к бегству от пламени пожара.

Для эксперимента выбрали рельеф местности и погодные условия, максимально совпадающие с реальными. В небо поднялись самолет ФБР Night Stalker и вертолет Lynx британских королевских ВМС – именно с этих двух бортов велась съемка в роковой для давидианцев день. Обе машины были оснащены инфракрасными камерами, близкими по техническим характеристикам тем, с которых сделаны подлинные видеозаписи. На земле в инсценировке участвовали восемь человек. Из положений лежа, стоя и с колена они вели огонь из автоматического оружия, заняв позиции, на которых находились федеральные агенты. Свою боевую задачу выполняла бронетехника: утюжила стекло и алюминиевые обломки, способные отбрасывать блики. Действо продолжалось около трех часов, но ясного ответа на вопросы суда так и не дало.

«Дело Вэйко» остается в США предметом острой дискуссии. Наиболее радикальные критики властей доказывают, что безобидная секта не представляла никакой угрозы обществу («Ветвь Давидова» откололась в свое время от адвентистов Седьмого Дня). Что касается оружия, то число стволов, которыми она владела, уступает среднестатистической цифре штата Техас. Угроза, утверждают оппоненты, исходит не от мирных приверженцев нетрадиционных культов, а от изолгавшихся, безответственных и выходящих за рамки закона силовиков.

В 1994 году в Сан-Антонио 11 давидианцев предстали перед федеральным окружным судом в качестве обвиняемых. Им вменили убийство четырех федеральных агентов и незаконное хранение оружия. 12-я уцелевшая давидианка вступила в досудебную сделку с обвинением и дала показания против своих единоверцев. Суд признал обвиняемых виновными и приговорил большинство из них к 40 годам тюрьмы. Однако Верховный суд США признал приговор чрезмерным, и сроки лишения свободы были сокращены до 15 лет. Для шестерых осужденных с учетом примерного поведения они теперь истекли. Давидианцы, последние годы отбывавшие наказание в тюрьмах с облегченным режимом и в качестве расконвоированных заключенных работавшие на местных предприятиях, получили право на условно-досрочное освобождение. Одно из его условий – запрет собираться вместе.

В вере все равны

В США не существует никакого различия между «плохим» и «хорошим» вероисповеданием. Все конфессии равны перед законом и все именуются «сектами». Никак иначе североамериканские колонии и не могли бы выжить. Они были основаны религиозными диссидентами, гонимыми в Европе. В Новом Свете прежде враждовавшие общины оказались в равном положении – им всем нужно было противостоять немилосердным силам природы и набегам язычников. Когда пришло время объединяться в единую страну, принцип веротерпимости восторжествовал. Первая поправка к Конституции начинается словами: «Конгресс не должен издавать ни одного закона, относящегося к установлению религии или запрещающего свободное исповедание оной».

Гарантия свободы совести и невмешательства государства в дела церкви распространяется и на возникшие на американской почве неортодоксальные религиозные учения и их адептов – мормонов, свидетелей Иеговы, пятидесятников, и на тех, кого в Старом Свете считают опасными «сектантами» и кто обрел убежище за океаном. Иммигранты со всего света привезли в Америку свои, невиданные здесь прежде верования и религиозные обряды. Копты из Египта и зороастрийцы из Ирана, сикхские гурдвары и русские молокане – все они равны, пользуются равными правами, свободно отправляют свои обряды и освобождены от уплаты налогов.

А то, что в России обычно называют «тоталитарной сектой», в Америке зовут «деструктивным культом». «Ветвь Давидова» – редчайший пример столкновения культа с государством. Еще одна схожая, но еще более трагичная история – гибель в Гайане общины, называвшей себя «Народный храм».

Дорога к «Народному храму»

ЛОС-АНДЖЕЛЕС. 20.11.2008. В 30-ю годовщину массового самоубийства членов секты "Народный храм" (Peoples Temple) в Калифорнии открыли посвященный им памятник, передает Associated Press. Собравшимся на кладбище Evergreen в городе Окленд представили две первых секции памятной гранитной стены.

Самоубийство сектантов произошло 18 ноября 1978 г. в Гайане, где переселившиеся из США адепты "Народного храма" основали поселение, известное как "Джонстаун" - по имени основателя и руководителя секты Джима Джонса (Jim Jones).

По приказу Джонса более 900 человек выпили отравленный цианидом напиток, несогласные были застрелены. В числе застреленных на близлежащем аэродроме оказался американский конгрессмен Лео Райан (Leo Ryan), прибывший в Джонстаун с инспекцией. Сам Джонс застрелился.

Мемориал погибшим долгое время не открывали из-за недостатка финансирования, и сроки завершения его строительства до сих пор не известны. На кладбище Evergreen, где строится памятник, похоронены более 400 неопознанных и невостребованных тел сектантов.

По словам пастора Джайноны Норвуд (Jynona Norwood), которая организует строительство мемориала, вместе с именами погибших сектантов на стене укажут также имя Райана и убитых вместе с ним журналистов. У самой Норвуд в Джонстауне погибли 27 родственников.

 

17 ноября 2003 года конгрессмен Том Лэнтос предложил коллегам на пленарном заседании Палаты представителей почтить минутой молчания память Лео Райна – единственного члена Конгресса, убитого при исполнении обязанностей. Вместе с ним в ноябре 1978 года ушли из жизни более 900 человек – они сделали это, сказал Лэнтос, «по воле психопата, выдававшего себя за провидца».

Сообщение о массовом самоубийстве жителей коммуны в южноамериканской сельве в свое время потрясло мир. Лидер секты Джим Джонс, погубивший свою паству, надолго стал символом лжепророка и изувера. События, трагическим финалом которых стала смерть обольщенных им последователей и его собственная, расследовали ФБР и другие правоохранительные органы США, опубликовавшие впоследствии десятки тысяч страниц документов и аудиозаписей. Однако детективы-любители и всевозможные конспирологи считают, что в сюжете по-прежнему не хватает многих звеньев, и выстраивают свои версии одна причудливее другой.

Джим Уоррен Джонс родился в 1931 году в глухой американской провинции – крохотном городишке Крит в штате Индиана в семье рабочего. Его отец был фронтовик-инвалид, и в годы Великой депрессии семейству пришлось совсем худо. Родители не питали особой склонности к религии, но среди соседей Джонсов были пятидесятники особого толка; они и взяли маленького Джима на молитвенное собрание. Мальчик сразу же почувствовал в себе дар пастыря. Уже подростком он проповедовал слово Божие на улицах. А в 1955 году организовал свою религиозную группу – «Народный храм».

Отличительной чертой новой общины стал ее смешанный этнический состав – для сегрегированной Индианы, где белые и негры принадлежали к разным приходам, это было редкостью и вызовом общественному мнению. Спустя 10 лет у Джонса насчитывалось около 80 прихожан обеих рас – в основном бедствующие, не нашедшие своего места в жизни неудачники, бездомные, наркоманы и раскаявшиеся проститутки. Поскольку в консервативной Индиане на новоявленную конфессию смотрели исподлобья и видели в ней опасную ересь, Джонс со своими чадами перебрался на север Калифорнии, а оттуда в Сан-Франциско. К 1974 году община «Народный храм» насчитывала около трех тысяч членов, и уже отнюдь не только изгоев общества. Церковь снискала популярность своей благотворительностью – обедами для бедных и бесплатными прививками, детским садом и заботой о престарелых, оказанием юридической помощи при получении социальных пособий. Ежемесячный вестник «Народного храма» расходился по всей стране тиражом 30 тысяч экземпляров, Джонс стал проповедовать по радио. Интерес к группе начали проявлять политики либерального направления. Новый мессия занял заметное общественное положение.

Однако параллельно с ростом популярности над его головой собирались грозовые тучи. Джимом Джонсом овладела охота к перемене мест. Некоторые авторы утверждают, что Джонс был одержим параноидальным страхом ядерной атаки и именно по этой причине решил уехать вместе с паствой подальше от возможной мишени советских ракет. Но авторитетные источники не подтверждают эту версию. Более прозаическое объяснение состоит в том, что против «Храма» ополчились родственники его членов.

Рано или поздно это происходит с каждой религиозной общиной такого сорта. Обывателю кажется чудовищной мысль об уходе из мира, о добровольном отречении от всего, чем он сам привык дорожить больше, нежели чистотой своей души. Особенно нестерпима для обывателя идея материальной жертвы в пользу церкви. Но для истинно верующего никакого подвига и никакой жертвы здесь нет, а есть лишь исполнение завета Иисуса: «И всякий, кто оставит домы, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли, ради имени Моего, получит во сто крат и наследует жизнь вечную» (Мф., 19: 29). Но те, кого оставил отрекшийся, не понимают и жалеют его и твердят о зомбировании, психотропах, сломленной воле, отравленном сознании и негативной харизме.

Впрочем, и зомбирование, видимо, тоже присутствует. Дело темное. Так или иначе, люди, объединившиеся и назвавшие себя «Озабоченные родственники», заговорили о тоталитарном характере секты Джонса. В прессе появились первые разоблачительные статьи. Родственники затеяли судебные тяжбы с «Храмом», добивались от федерального правительства расследования. Налоговая служба США заинтересовалась финансами организации. Все это вместе заставило Джима Джонса искать убежища за пределами страны. Выбор пал на Гайану – маленькое государство на Атлантическом побережье Южной Америки между Венесуэлой, Бразилией и Суринамом.

Бегство из «джунглей» в джунгли

Еще в колониальные времена, когда страна называлась Британской Гайаной, контроль над парламентом в ней получила марксистская Народная прогрессивная партия. Англичане и американцы потратили немало средств на воспитание оппозиции и в конце концов добились раскола партии. Однако после того как в 1966 году Гайана получила независимость, главный оппозиционер и раскольник Форбс Бернхэм, занявший пост премьер-министра, снял маску и оказался еще более стойким большевиком-ленинцем. В июне 1969 года вождь НПП дантист Чедди Джадан прибыл в Москву на совещание коммунистических и рабочих партий, после чего отношения Гайаны с социалистическим лагерем пошли на лад. В стране появилось советское и северокорейское оружие, кубинские и румынские военные инструкторы. В феврале 1970 года страна назвала себя Кооперативная Республика Гайана и провозгласила курс на социализм. Началась национализация экономики. Правительство Бекхэма подало заявку на прием в Совет экономической взаимопомощи. Наряду с Кубой Гайана превратилась в базу подготовки повстанцев третьего мира, в частности Намибии. Американская аэрокосмическая разведка докладывала о бурном строительстве в дебрях сельвы взлетно-посадочных полос и других военных объектов, правительство Венесуэлы жаловалось на гайанский шпионаж в пограничных районах. Военно-транспортные самолеты, перебрасывавшие кубинский экспедиционный корпус в Анголу, садились на дозаправку именно в Гайане.

Джима Джонса привлекла именно социалистическая ориентация страны. Здесь не место излагать его запутанное и эклектичное «учение». Достаточно сказать, что идеи утопического социализма занимали в нем центральное место. В таком сближении, конечно же, нет ничего удивительного или противоестественного. Начиная с глубокой древности отвергнутые господствующей церковью секты обособлялись от мира и жили коммуной. Петр Верховенский, главарь шайки нигилистов из «Бесов» (у которой нынешнее движение «Наши» не случайно заимствовало свое название), присматривается к скопцам. Среди сектантов вели пропаганду народники. Русский философ Федор Степун пишет о «сектантском фанатизме большевизма», а Ленина называет «догматиком» и «изувером». Большевики, в свою очередь, живо интересовались революционным потенциалом сектантов, а после октябрьского переворота рассчитывали на них в деле переустройства сельского хозяйства на коммунистических началах.

Участок площадью 3852 акра (15,59 квадратных километра), арендованный «Народным храмом» на 25 лет, располагался на северо-западе страны близ венесуэльской границы в сплошной девственной сельве. Поселок назвали именем учителя – Джонстаун. По условиям аренды, в течение первых двух лет колонисты должны были обработать не менее одной пятой территории. Переселение началось в 1974 году. Очистив землю от густой растительности, ее засеяли овощами, завели рогатый скот. Распорядок жизни колонистов был исключительно тяжелым. Они работали по 11 часов в сутки, шесть дней в неделю. Вечерние часы отводились под общие собрания и учебу.

Судить о режиме Джонстауна сложно. Визитеры описывали колонию в самых благоприятных тонах. Немногие беглецы, которым удалось вырваться из «земли обетованной», утверждали, что Джонстаун – самый настоящий концлагерь. Вероятно, в колонии были устроены своего рода потемкинские деревни, вводившие в заблуждение гостей. Забора, колючей проволоки или сторожевых вышек в поселке не было, но располагался он на таком отшибе, что побег был делом гиблым. Россказни о вооруженных до зубов конвоирах, об «эскадронах смерти» не подтвердились: в Джонстауне обнаружилось всего 32 единицы огнестрельного оружия на тысячу человек: совершенно необходимый минимум в тех условиях.

Особенность «Народного храма» по сравнению с другими аналогичными группами состояла в том, что после нее остался огромный аудиоархив – Джим Джонс записывал на магнитофон свои ежевечерние беседы с паствой. На этих пленках слышны смех, шутки, чувствуется атмосфера общего дружелюбия. Возможно, это следствие индоктринации и «промывания мозгов». Но доказать это нечем. Аналогичная проблема с сообщениями о публичных телесных наказаниях, пытках и сексуальных перверсиях Джонса. Но то, что он готовил своих приверженцев к коллективному самоубийству, сомнению не подлежит.

Коммуна попала в поле зрения советского посольства в Гайане. Какая из сторон была инициатором контакта, не суть важно. В Джонстауне побывал корреспондент ТАСС, написавший репортаж под названием «В джунгли – из «свободного мира». Именно в этом тексте преподобный Джонс заявляет, что он выбрал Гайану потому, что это страна социалистической ориентации. В декабре 1977 года в Джонстаун пожаловал советский консул Федор Тимофеев. А в марте следующего года «Народный храм» подал ему петицию с просьбой предоставить колонистам убежище в Советском Союзе, поскольку их кооператив «подвергается жестоким преследованиям со стороны американских реакционеров». Община выражала полную готовность еще до переезда перевести в советский банк свои денежные средства (около 10 миллионов долларов).

Слухи о предстоящем переселении в государство рабочих и крестьян распространились по поселку. В апреле 1978 года Форбс Бекхэм отправился с официальным визитом в Москву, и Джонс прозрачно намекал, что премьер-министр ведет переговоры и о судьбе общины. Готовясь к скорому переезду, колонисты обращались друг к другу словом «товарищ», отмечали все советские праздники и даже учили русский язык.

Прошение об убежище, надо полагать, озадачило советских дипломатов. Одно дело – бегство из американских «каменных джунглей» в джунгли настоящие, но как объяснить, почему коммуна хочет уехать из страны социалистической ориентации? Да и как, притесняя собственных сектантов, давать убежище сектантам зарубежным? Что-то тут не то... Из Гайаны полетели дипломатические депеши в Москву, а там рассудили: пусть для начала приедет делегация, а там видно будет.

С этим известием Федор Тимофеев и врач посольства Николай Федоровский приехали в Джонстаун 27 сентября 1978 года (для консула это был уже третий визит в коммуну). Сохранилась запись общего собрания, на котором Тимофеев выступил с речью. Джим Джонс, который вообще любил поговорить и каждое собрание начинал с подробной политинформации об успехах социализма и смертных корчах капитализма, начинает с того, что объявляет Советский Союз «духовной родиной» общины. Консул в своем пространном выступлении кратко рассказал историю Советского Союза, заверил аудиторию в том, что о расовой дискриминации в стране Советов и слыхом не слыхивали, а что касается притеснений евреев, то это гнусная ложь буржуазной пропаганды.

После этого визита «храмовники» окончательно поверили в то, что отъезда в СССР ждать осталось недолго. Но судьба уготовила им иную участь.

Самоубийство 909

Конгрессмен Лео Райан был одним из тех, кого одолели «Озабоченные родственники». В конце концов, он решил лететь в Гайану и собственными глазами посмотреть на колонию, о которой рассказывали столько ужасов. Дабы обеспечить миссии полную объективность, он взял с собой нескольких журналистов и представителей организации родственников. Сам он был настроен абсолютно нейтрально.

От столицы Гайаны Джорджтауна до колонии добираться нужно было на перекладных: сначала арендованным самолетом до поселка Порт-Кайтума, где была взлетно-посадочная полоса с грунтовым покрытием, а оттуда восемь миль на вездеходе до Джонстауна. 17 ноября 1978 года группа прибыла на место. Уже стемнело. Гостей встретили радушно и сразу же посадили ужинать на открытом воздухе. Пир сопровождался концертом художественной самодеятельности. Конгрессмен и его помощник Джеки Спейер непринужденно общались с колонистами, а репортеры интервьюировали Джима Джонса. Потом Лео Райан выступил с кратким словом. Он сказал, что встретил в колонии счастливых людей и что ему чертовски обидно, что они не его избиратели.

В тот момент он еще не знал или тщательно скрывал, что знает: некоторые колонисты все же попросили забрать их в США. Усыплял бдительность хозяев? Возможно. Один из членов группы вспоминал впоследствии, что атмосфера вечера была какая-то лихорадочная, на грани истерики. Джеки Спейер (тогда ей было 28 лет, а сегодня она сенатор законодательного собрания Калифорнии и этой осенью избирается на пост вице-губернатора) говорит, что у нее возникло ощущение жуткой мистификации, сговора. Странное впечатление производил Джонс. У него было одутловатое, явно нездоровое лицо с толстым слоем макияжа, крашеные волосы и щегольские бачки; он то и дело глотал какие-то пилюли, и под конец вечера у него стал заплетаться язык.

Колонистов, умолявших о спасении, было двое. Один из них тайком передал записку журналисту, другой шепнул несколько слов дипломату из посольства.

Наутро Райан и Спейер продолжили опрос колонистов. В итоге желающих уехать набралось 16 человек. Поскольку 19-местный Twin Otter, на котором прилетела группа, забрать всех не мог, был заказан второй самолет, Cessna, на шестерых пассажиров. Узнав о «предательстве», Джонс взбесился. От былого гостеприимства не осталось и следа.

Когда началась посадка в самолеты, на дороге показался трактор с прицепом. Из прицепа выскочили вооруженные люди и открыли ураганный огонь. Стрельба продолжалась не более пяти минут, после чего убийцы погрузились в прицеп и уехали, оставив на взлетной полосе пять трупов – Лео Райана, трех журналистов и одного бывшего члена коммуны. 10 человек были ранены. Одним из убитых был оператор NBC Боб Браун, снимавший атаку до тех пор, пока пуля не попала ему в голову. Эта видеозапись сохранилась. Джеки Спейер получила пять огнестрельных ранений и истекала кровью. Большой самолет, Otter, получил повреждения и не смог подняться в воздух. Cessna улетела в Джорджтаун, сообщив по радио диспетчеру о случившемся. Оставшиеся члены группы провели ночь в Порт-Кайтуме. На следующий день они были эвакуированы самолетом гайанских ВВС.

Между тем в Джонстауне вождь «Народного храма» велел всем членам общины собраться. Запись этого последнего собрания тоже уцелела. Джонс пребывал в крайне возбужденном состоянии. Говорил он, как всегда, многословно, высокопарно и путано, как дурманом, охмуряя слушателей. Он сообщил колонистам, что самолет конгрессмена Райана постигнет или уже постигла катастрофа, что спасения от возмездия нет, а потому единственный выход – «революционный акт» коллективного ухода из жизни. Он предложил говорить тем, кто не согласен с таким сценарием, и тогда одна женщина, Кристин Миллер, спросила: «А что, в Россию уже поздно?» Джонс понес бессвязный бред, из которого выходило, что да, поздно. Кристин настаивала: разве невозможно организовать воздушный мост? Ведь русские дали какой-то код на случай чрезвычайной ситуации. Но Джонс впал в транс и твердил, что все поздно, что всем надо умереть. В конце концов толпа заглушила дерзкую диссидентку.

На стол поставили большой бак. Колонисты выстроились в очередь за питьем, в котором был растворен цианистый калий. На следующий день гайанские солдаты увидели в Джонстауне 909 мертвых тел, треть из них – детских. Джим Джонс лежал там же с простреленной головой. Рядом валялся пистолет. Осталось непонятным, застрелился ли он сам или его застрелил кто-то другой.

В 1987 году в издательстве «Юридическая литература» вышла книга «Гибель Джонстауна – преступление ЦРУ», авторы которой С.Ф.Алинин, Б.Г.Антонов и А.Н.Ицков пытаются доказать, что трагедия «Народного храма» – не самоубийство, а убийство, совершенное американскими коммандос по приказу правительства США. Чего стоит один лишь комментарий членкора АН СССР, чекиста с довоенным стажем Иосифа Григулевича: «Первая тысяча инакомыслящих американцев в джунглях Гайаны была лишь головным отрядом огромной армии потенциальных политических беженцев из США. Такого массового бегства из «капиталистического рая» никак не ожидали власти Вашингтона, и нужны были «экстраординарные средства», чтобы пресечь этот прогрессирующий процесс». Версия эта серьезной критики не выдерживает и авторитетными источниками не подтверждается.

Вашингтон

Ссылка по теме: ЦРУ США безнаказанно убило 918 советских граждан в Гайане


Назад Далее



При любом использовании материалов сайта или их части в сети Интернет обязательна активная незакрытая для индексирования гиперссылка на www.aferizm.ru.
При воспроизведении материалов сайта в печатных изданиях обязательно указание на источник заимствования: Aferizm.ru.

Copyright © А. Захаров  2000-2017. Все права защищены. Последнее обновление: 25 февраля 2017 г.
Сайт в Сети с 21 июня 2000 года

SpyLOG Яндекс.Метрика   Openstat   HotLog