Дайджесты КримДайджест Архив "КримДайджеста"

Главная ] Вверх ]



Следствие извращения

Борьбу с педофилами подменили показательными процессами над невиновными

Антон Нечаев, Наша Версия, 29 октября 2011

Тема педофилии сегодня одна из самых обсуждаемых в СМИ и на просторах Интернета. Закон о химической кастрации педофилов, спорные дела обвинённых в растлении собственных детей чиновника Минтранса Владимира Макарова и известного пластического хирурга Владимира Тапиа Фернандеса уже вызвали немало ожесточённых споров в обществе. Главные вопросы дискуссий: способна ли отечественная правоохранительная система надёжно защитить детей от преступных посягательств и не окажутся ли за решёткой на волне нынешней антипедофильской кампании ни в чём не повинные люди? Судя по последним событиям, надеяться на лучшее не приходится.

Справка

Эксперты затрудняются назвать точное количество педофилов в России. В начале октября первый заместитель руководителя фракции «Единая Россия» в Госдуме Татьяна Яковлева заявила, что, по приблизительным подсчётам, за последние 10 лет их число увеличилось в 3–4 раза, а количество преступлений на сексуальной почве в отношении детей выросло почти в 20 раз. С начала 2011 года, по данным правозащитника Павла Астахова, в России было зарегистрировано 4,9 тыс. преступлений против половой неприкосновенности несовершеннолетних.

Дело чиновника Владимира Макарова, приговорённого за насильственные действия сексуального характера по отношению к собственной дочери к 13 годам лишения свободы, на прошлой неделе приобрело неожиданный оборот. Как выяснили пытливые интернет-активисты, психолог Лейла Соколова, чьё заключение легло в основу обвинения, ведёт не совсем нормальный с точки зрения классической психологии образ жизни. Дама была неоднократно замечена на лесбийских вечеринках и профильных интернет-форумах. Напомним, что психолог усмотрела в рисунках дочери Владимира Макарова некие признаки, которые могут свидетельствовать о том, что девочка, возможно, подвергалась насилию. В частности, в хвосте нарисованной девочкой кошки психологу померещился фаллический символ. Впрочем, заключения эксперта подверглись жёсткой критике со стороны известных психологов и до нынешнего скандала. Кстати, что любопытно, центр психолого-медико-социального сопровождения «Озон», который представляет Лейла Соколова, оказывается, готовил заключение и по делу Владимира Тапиа Фернандеса. Хотя известно, что ещё год назад в ходе прокурорской проверки центра выяснилось, что в компетенцию «Озона» не входит проведение подобных экспертиз. Но умопомрачительная история с психологом – далеко не единственная странность этого дела.

В миру психолог Лейла Соколова не была похожа на человека, способного проводить экспертизы жертв изнасилования
В миру психолог Лейла Соколова не была похожа на человека, способного проводить экспертизы жертв изнасилования
Рисунок кошки, в котором психолог усмотрел фаллический символ, стал одним из основных доказательств обвинения

Рисунок кошки (автор Эля Макарова), в котором психолог усмотрел фаллический символ, стал одним из основных доказательств обвинения

Напомним, что уголовное преследование Владимира Макарова началось после того, как в анализах мочи его дочери были обнаружены мёртвые сперматозоиды. Тревогу забила врач-лаборант детской больницы Святого Владимира, где девочка оказалась 23 июля 2010 года после падения со шведской стенки. К слову, то, что увидела лаборант, к делу «пришить» было нельзя, так как это не являлось экспертизой как таковой и не было, как полагается в таких случаях, задокументировано. Кстати, в тот же день девочку осмотрел врач-гинеколог больницы, следов изнасилования он не обнаружил. Между тем машина правосудия уже заработала.

Первая экспертиза в рамках возбуждённого уголовного дела началась уже через несколько дней после происшествия – 30 июля 2010 года. Её проводила эксперт Бюро судебно-медицинской экспертизы госпожа Исаенко. Как оказалось, никаких сперматозоидов и прочих чисто мужских признаков в анализах, взятых в больнице Святого Владимира, обнаружено не было. Правда, в рамках экспертизы исследовались не только анализы мочи, но и другие вещдоки – в частности, мазок из влагалища, майка девочки, на которой имелись подозрительные пятна, и простыня из квартиры Макаровых. И вот на мазке эксперт Майя Исаенко усмотрела криминал. В материале были обнаружены мужская и женская ДНК, которые, по мнению эксперта, не противоречили ДНК отца девочки – Макарова В.В. «С известной долей определённости можно сделать вывод, что в исследуемом мазке не исключается присутствие биологического материала Макарова В.В.» – такой витиеватый вывод сделала эксперт. По сути, именно этот вывод и стал в дальнейшем главным козырем обвинения. Вывод экспертизы немало озадачил самих экспертов. В частности, разгромное заключение по нему подготовил старший научный сотрудник лаборатории постгеномных молекулярно-генетических исследований Института биохимической физики им. Н.М. Эмануэля кандидат биологических наук Илья Ефремов.

В телефонном интервью корреспонденту «Нашей Версии» Илья Ефремов не стеснялся в выражениях: «Этот вывод, как и вся экспертиза, полная чушь. Там были допущены настолько вызывающие нарушения, что принимать результаты как подтверждение вины Макарова нельзя. У меня сложилось ощущение, что вся эта экспертиза была не чем иным, как попыткой подыграть обвинению».

В чём же конкретно заключаются претензии экспертов? Если не вдаваться в дебри медицинской терминологии, то главная улика следствия – злосчастный мазок принадлежал непонятно кому. Вопреки инструкциям и элементарной логике, по словам нашего собеседника, во время экспертизы с этого «смешанного» материала не был выделен генотип Эли Макаровой.

«В первую очередь эксперт должен исследовать образец ребёнка. А эксперт, не выделив объект сравнения жертвы, принялся сравнивать кучу разных генотипов. В итоге генотип жертвы был получен только в ходе повторной экспертизы. И если его подставить в результаты первичной экспертизы, то тогда исключается происхождение этого мазка от этой девочки. Что самое интересное, в представленный препарат не вписывается и генотип Макарова. Проще говоря, если даже мы поверим на слово следствию, что этот мазок был взят у Эли Макаровой, то следователям сейчас необходимо срочно искать непонятно какого мужика с непонятным генотипом. Но однозначно это не Макаров. Для меня, как специалиста, это, конечно, дичайшая ситуация».

Повторное исследование, которое проводили уже специалисты Российского центра судебно-медицинской экспертизы, также указало на несостоятельность выводов первичной экспертизы. Правда, исследование проводилось не в полном объёме, так как часть материалов первичной экспертизы на тот момент была… утеряна в ходе первичной экспертизы. В принципе ситуация, когда на первичное исследование уходит весь материал, не такая уж и редкая, только в данном случае есть подозрение, что утеря произошла умышленно. Ведь ничто не мешало экспертам взять достаточное количество материала для двух исследований. Кроме того, первым делом мазок эксперты должны были исследовать неразрушающим методом при помощи микроскопа, так как в больнице Святого Владимира сперматозоиды были обнаружены именно микроскопическим способом. Это не только дешевле анализа ДНК, но и позволило бы сохранить материал для повторной экспертизы. Но в заключении эксперта нет ни слова о том, что мазок кто-то исследовал под микроскопом. В итоге для суда именно тот факт, что повторная экспертиза была проведена не в полном объёме, стал определяющим для признания результатов первичной экспертизы.

«Вообще, эта история наталкивает на мысль, что в судебной медицине сегодня происходит какой-то системный развал, – считает Илья Ефремов. – Если говорить конкретно про Московское бюро судмедэкспертизы, то раньше там работа была организована по-другому и таких косяков, как в этом деле, там бы не было. Эксперт утверждает, что не исследовала материал под микроскопом потому, что материала, дескать, было недостаточно. В то же время на повторную экспертизу материал поступил окрашенным, что говорит о том, что микроскопическое исследование всё-таки проводилось. Но его результаты почему-то решили утаить. Я более часа давал показания по всем этим фактам в суде, но, как видно, суд почему-то не принял их к сведению».

Впрочем, дело Владимира Макарова далеко не самый яркий штрих к современному портрету российской судебной экспертизы. Чего только стоит дикая история, произошедшая в 2010 году в Нанайском районе Хабаровского края, о которой подробно рассказывала «Наша Версия». На судебном процессе по делу об убийстве жительницы села Дубовый Мыс Валентины Раменской сам факт убийства был подтверждён заключением эксперта местного бюро СМЭ. Только вот, согласно заключению, эксперт осматривал тело вовсе не погибшей женщины, а некоего неизвестного мужчины. Но, несмотря на этот парадокс, суд не придал досадной нестыковке никакого значения...

Несмотря на то что дело чиновника Макарова получило широкий резонанс, многие его детали так и остаются закрытыми для широкой публики. Проблема в том, что суд, как это обычно бывает в делах о посягательствах на половую неприкосновенность, проходил в закрытом режиме и приговор по делу не обнародован. Может, у следствия помимо фаллических хвостов и экспертиз непонятно чьих образцов ДНК были более весомые аргументы в пользу виновности Макарова? В частности, в СМИ упоминается, что Макаров по собственной инициативе прошёл исследование на детекторе лжи и результаты якобы говорят о том, что Макаров причастен к преступлению.

– Что касается исследований на детекторе лжи, то там было чистое шарлатанство, – рассказывает «Нашей Версии» адвокат Владимира Макарова Олег Асташенков. – Вопросы были составлены так, что любой человек отреагировал бы на них так же, как Макаров, то есть заведомо была создана ситуация для ложноположительного результата. Вообще, у нас есть серьёзно обоснованные подозрения, что это было специально так сделано.

История с тестированием Макарова на детекторе лжи вообще наталкивает на вывод о том, что чиновника попросту пытались, как говорится, развести на деньги. Дело в том, что исследование проводил независимый эксперт, которого через своих знакомых нашёл сам Макаров, чтобы оправдаться. Макарова нисколько не смутил тот факт, что за исследование полиграфолог запросил совершенно неадекватную сумму – 150 тыс. рублей, тогда как такое исследование сегодня стоит максимум 30 тысяч. Предъявив Макарову неудобные для него результаты, эксперт предложил провести повторную экспертизу, но уже… за 500 тыс. рублей. Макаров отказался, и полиграфолог донёс на него в прокуратуру. Согласитесь, интересный способ заработка. Таким незатейливым образом одно из главных доказательств оказалось в руках обвинения.

Кстати, материалы исследования активно обсуждались на профессиональном интернет-форуме полиграфологов. Общий вывод обсуждения: результаты исследования никоим образом не свидетельствуют о причастности Макарова к инкриминируемому ему преступлению. Вот, собственно, и все основные столпы, на которых базировалось обвинение: ничтожная генетическая экспертиза, которая была опровергнута повторным исследованием, заключение странноватого психолога и крайне сомнительные результаты исследования на полиграфе с криминальным душком. Негусто для столь сурового приговора.

Что же касается аргументов защиты, то суд, по словам участников процесса, к ним решил не прислушиваться. Это, например, касается показаний самой Эли Макаровой, якобы изнасилованной собственным отцом. Девочку допрашивали дважды – на следствии в больнице Святого Владимира и уже непосредственно в суде. Она дала совершенно исчерпывающие показания, что никаких домогательств со стороны отца не было. Показания девочки были подкреплены результатами комплексной психолого-психиатрической экспертизы, проведённой экспертами 7-й детской психиатрической больницы. Согласно им Эля Макарова в состоянии понимать фактическую сторону совершаемых с ней действий и давать об этих действиях правильные показания. Но суд вышел из положения просто – показания девочки посчитали сомнительными на том основании, что после якобы имевшего места преступления Эля отдыхала на курорте и обо всём забыла…

Супруга Владимира Макарова Татьяна объявила войну правоохранительной системе. Теперь она может остаться ещё и без дочери

Супруга Владимира Макарова Татьяна объявила войну правоохранительной системе. Теперь она может остаться ещё и без дочери

Вообще, если брать в целом ситуацию по России, то положение с судебными разбирательствами по сексуальным преступлениям выглядит странным. Сотрудники правоохранительных органов в неофициальных беседах признают, что эти статьи Уголовного кодекса являются самыми «мутными» – это в первую очередь проблемы с доказыванием. Нередко обвиняемый попросту становится жертвой вымогательства со стороны якобы потерпевших. Надо думать, об этом прекрасно осведомлены и судьи, но статистика говорит о том, что если гражданину предъявлено обвинение в преступлении против половой неприкосновенности, то быть оправданным судом шансов у него практически нет никаких. Так, по оказавшимся в нашем распоряжении данным судебного департамента при Верховном суде России, по статье 131 УК РФ «Изнасилование» в первом полугодии 2011 года судами были осуждены 1747 человек, а оправданы всего 19. То есть чуть более 1%. По другим преступлениям против половой неприкосновенности (статьи 132–135 УК РФ) осуждены 1892 человека, при этом оправданы лишь 8 подсудимых. Менее 0,5%. Стоит ли после этого чему-то удивляться?

Так виновен ли Макаров на самом деле? Судить об этом сложно. С точки зрения суда Макаров – преступник, широкая же общественность считает, что он жертва. В чём же, если Макаров невиновен, могла быть истинная подоплёка этого дела? Сегодня среди тех, кто внимательно следит за процессом, муссируется немало конспирологических версий на этот счёт. Так, есть мнение, что дело Макарова – это заказ неких недоброжелателей, которым он, будучи чиновником, перешёл дорогу. Правда, это не выдерживает никакой критики, так как дело возникло, вообще-то, совершенно случайно. Как мы выяснили, все детские медицинские учреждения сегодня обязаны отправлять телефонограммы в прокуратуру и милицию, если они обнаруживают признаки физического насилия над детьми. Будь то побои или те же следы спермы в анализах мочи. И трудно предположить, что некие недоброжелатели Макарова ждали случая, пока его дочь попадёт в больницу. Есть куда более простые и действенные способы упечь человека за решётку.

Вряд ли Макаров мог стать и жертвой пресловутой палочной системы. Да, на волне усиления борьбы с педофилией такие дела, безусловно, украшают правоохранительную статистику, но, с другой стороны, не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что с таким багажом «доказательств» пиар-эффект «акции» получился бы прямо противоположным. Что, собственно, и произошло. В поддержку Макарова выступила не только блогосфера, но даже предельно лояльные к следственным и судебным органам федеральные телеканалы.

Любопытную версию об истинной подоплёке этого дела высказал наш источник, близкий к процессу. «Всему виной неадекватное поведение на следствии самого Макарова, – рассказывает наш собеседник. – Ещё до заключения под стражу он начал угрожать следствию, дескать, вас тут всех уволят и так далее. И в принципе, учитывая то, что он был не последним чиновником Минтранса, следователи могли воспринять эти угрозы серьёзно, с другой стороны, они их, безусловно, задели чисто по-человечески. Поэтому дело решили доводить до суда любыми способами. Хотя, конечно, когда тебя на ровном месте обвиняют в том, что ты изнасиловал собственную дочь, держать себя в руках сможет не каждый».

Между тем дело продолжает обрастать новыми подробностями, которые говорят о том, что шансов выйти на свободу у Макарова остаётся всё меньше и меньше. Так, 27 октября председатель Мосгорсуда Ольга Егорова удивила общественность странным заявлением. «Поскольку ребёнок остался без защиты – отец осуждён и находится в местах лишения свободы, а мать отстранилась от неё, приняв полностью сторону мужа, я сделала предложение Павлу Астахову ознакомиться с материалами этого дела и дать своё заключение», – заявила Ольга Егорова.

Напомним, что вскоре кассационная коллегия Мосгорсуда должна рассмотреть жалобу адвокатов Макарова. После таких месседжей сверху вопрос о том, какое решение по делу Владимира Макарова будет в итоге принято, можно считать риторическим.


Лейла Соколова: Много ли фетишисты понимают в педофилии?

Ролдугин Олег. Собеседник, 31 октября 2011

Психолог Лейла Соколова, которая помогла прокуратуре на 13 лет посадить Владимира Макарова за недоказанное насилие над собственной дочерью, попалась на садомазохистских наклонностях.

Владимир Макаров на скамье подсудимых
Владимир Макаров на скамье подсудимых
Детский психолог Соколова
Детский психолог Соколова
Владимир Макаров с дочерью (еще до суда)
Владимир Макаров с дочерью (еще до суда)

«Собеседник» уже писал об этой истории в №35: о том, будто бывший чиновник Минтранса «в неустановленное время в неустановленном месте и неустановленным способом» совершил развратные действия в отношении своей 6-летней дочери Эли. Гинекологи, правда, это не подтвердили, да и независимые экспертизы дали отрицательные результаты, но у прокуратуры был железный аргумент – хвост кошки, нарисованный девочкой.

По мнению психолога из Центра психолого-медико-социального сопровождения «ОЗОН» Лейлы Соколовой, хвост напоминает фаллос, а значит, девочка подвергалась насилию. По мнению родственников Макарова и его защиты, если хвост и напоминает фаллос, то исключительно самой Соколовой. Теперь у них появились и доказательства.

Пользователи Интернета нашли в Сети странички, приписываемые психологу, в которых девушка объясняется в своих симпатиях к мазо-фетишизму. А блоггер Тимур Нечаев выцепил в Интернете и ее фото – в таком виде, что ей самой впору к психологу обращаться.

Говорит:

– Никому бы и дела не было, как там она развлекается, если бы она в своей работе таких дров не наломала.

Сейчас Лейла залегла на дно. Ее мобильный телефон сначала долго не отзывался. Потом трубку поднял молодой мужчина и пояснил, что девушка не хочет ни с кем общаться.

До этого Соколова уверяла, что скандальные снимки были сделаны на дизайнерской выставке «Эрос-2006», где она представляла коллекцию корсетов, созданных ее подругой. Вот только, как выяснил «Собеседник», некоторые откровенные фото сделаны еще в 2005 году. А в 2007 году Лейла набирала девушек для фетиш-вечеринки уже со своими нарядами. К тому же она вообще активно принимала участие в форумах сомнительного содержания. При чем тут дизайн?

А еще психолог сразу после суда над Макаровым заявила, что ее заключение об анализе рисунка было предварительным, что она просила следствие о дополнительных встречах с девочкой, но ей отказали. Тоже не виновата?

Из списка сотрудников Центра психолого-медико-социального сопровождения «ОЗОН», в качестве представителя которого Лейла Соколова участвовала в судебном процессе, ее имя уже тщательно вычеркнули.

– Лейла Александровна сейчас находится в отпуске, и после ее выхода будет дана оценка ее фотографиям, – пообещал нам директор «ОЗОНа» Евгений Цымбал. – Но с результатами исследования моей подчиненной я лично согласен. Ведь это было именно «исследование». Силы «экспертизы» заключение Соколовой на самом деле не имело.

– Может, – спрашиваю адвоката Макарова Аркадия Завалько, – она и правда не виновата, ведь ее заключение было предварительным?

– Да, но уже в нем она утвердительно заявила, что ребенок подвергался насилию. Более детальное обследование она действительно просила, но когда у нее поинтересовались, сможет ли это обследование повлиять на ее выводы, сказала, что нет.

– А на рассмотрение апелляции Владимира, которая назначена на 14 ноября, новая информация о психологе повлиять способна?

– Мы надеемся, во всяком случае, будем акцентировать на этом внимание суда. Если женщина ходит в латексах по эротическим клубам, ясно, что она во всем будет видеть фаллосы. Соколова заявляла, будто Эля лишена всяких талантов и ничем не одарена. Это о девочке, которая регулярно участвует в художественных выставках. Такого специалиста вообще нельзя допускать к работе с детьми, тем более основывать на его заключениях обвинение. Она даже на суд пришла в хиджабе и юбке. Надеюсь, новый суд будет руководствоваться здравым смыслом и отменит приговор.

– Но вы же сами раньше работали в прокуратуре, знаете, что суд у нас нередко не только руководствуется, но и руководится. Обвинение на процессе над Макаровым представлял Керим Сафаралиев, сын депутата Госдумы Гаджимета Сафаралиева, и суд может не захотеть обидеть сына такого уважаемого человека.

– Да, за оправдательные приговоры прокуроров наказывают и… Но не хотелось бы думать, что это окажет влияние на судью.

А тем временем в столице раскручивается еще одна педофильская история. На прошлой неделе в Москве был арестован известный пластический хирург Владимир Тапия Фернандес, работающий при Первой клинической больнице Управделами президента. Фернандес, сколотивший на операциях целое состояние, подал на развод с молодой женой, но та сама развела его. На педофилию – обвинила в насилии над детьми. Доказательств, как и в случае с Макаровым, тоже нет, но известно, что психологи из центра «ОЗОН» свой обвинительный вердикт уже вынесли…

Психологи против психолога

Специалисты Центра имени Сербского также провели дополнительные исследования состояния Эли. На основании личного общения известный психолог Альбина Локтионова сделала вывод:

– Я очень внимательно побеседовала с ребенком и не нашла никаких признаков того, что она пережила психологическую травму, связанную с эмоциональным и сексуальным использованием. Для своего возраста девочка вообще хорошо знает, что правильно, а что неправильно, за что хвалят, за что ругают, что полезно для себя, а что вредно, и может громко за себя постоять. А что касается кошачьего хвоста на ее рисунке, то это можно объяснить тем, что девочка, которая обожает кошек, переживает из-за своего домашнего питомца, у которого хвост не такой красивый.

Старший научный сотрудник лаборатории психологии детского и подросткового возраста Центра имени Сербского Дмитрий Ошевский также считает, что заключение Лейлы Соколовой отличается однобокостью:

– Для полноты исследования необходимо проанализировать всю документацию, ознакомиться с характеризующим ребенка материалом, сведениями, полученными от близких, знакомых – все то, что мы делаем при экспертизе. Методики психолога «Озона» явно недостаточны для проведения психологического исследования вообще.

А судьи что?

Когда этот материал уже был готов к публикации, стало известно, что председатель Мосгорсуда Ольга Егорова предложила лишить родительских прав жену Владимира Макарова Татьяну, которая с самого начала заявляла о несправедливости обвинения.

– Поскольку ребенок остался без защиты – отец осужден и находится в местах лишения свободы, а мать отстранилась от нее, полностью приняв сторону мужа, я сделала предложение Павлу Астахову ознакомиться с материалами этого дела и дать свое заключение, – заявила Егорова на заседании Общественной комиссии по взаимодействию с судейским сообществом Москвы.

Астахов сейчас находится в Забайкалье, и девочку отнимать у матери он пока не стал, хотя с материалами дела ознакомиться согласился:

– Я буду оценивать дело, исходя из интересов малолетней девочки, которая больше всех сейчас нуждается в защите. К сожалению, в этом ажиотаже уже были грубо нарушены права ребенка. Теперь все знают ее не только по имени, но и в лицо. А девочке предстоит жить дальше, взрослеть, создавать собственную семью, несмотря на решение суда, каким бы оно ни было. Я призываю не устраивать самосуд, не усугублять душевное состояние так или иначе пострадавшего ребенка и воздержаться от непрофессиональных комментариев.

Ссылки по теме:


Назад Далее

В начало страницы


При любом использовании материалов сайта или их части в сети Интернет обязательна активная незакрытая для индексирования гиперссылка на www.aferizm.ru.
При воспроизведении материалов сайта в печатных изданиях обязательно указание на источник заимствования: Aferizm.ru.

Copyright © А. Захаров  2000-2018. Все права защищены. Последнее обновление: 03 июня 2018 г.
Сайт в Сети с 21 июня 2000 года

SpyLOG Яндекс.Метрика   Openstat   HotLog